пятница, 21 мая 2010 г.

Нереализованные возможности.

На участке Группы армий "Центр" 3-ая немецкая танковая группа, рвущаяся к Минску, прошла сквозь вяло сопротивляющийся 6-ой механизированный корпус генерала М.Г.Хацкилевича. Хотя 6-ой корпус был одним из самых мощных соединений Красной Армии (в корпусе находилось 238 Т-34 и 114 KB), первые два дня он активных действий не вел. Лишь вечером 24 июня 1941 года корпус атаковал части XX армейского корпуса, который продвигался вслед за основной танковой группой. Фашисты быстро растратили боеприпасы, пытаясь отразить повторные атаки советских танкистов, и лишь пикирующие бомбардировщики Ю-87 смогли остановить продвижение Т-34 и КВ. Сам Хацкилевич был убит в бою, а 3-ая танковая группа немцев 26 июня вышла к Минску, так и не встретив какого-либо серьёзного сопротивления со стороны советских танковых частей. Как и многие части Красной Армии, входившие в 10-ую армию, расположенную около границы, 6-ой корпус попал в гигантский "карман" юго-западнее Гродно. В конце июня кольцо замкнулось и лишь немногим танкам удалось вырваться из окружения. Самое мощное соединение Красной Армии, в котором находилась почти четверть всех танков Т-34, в результате оказалось разгромлено без какого-либо серьёзного ответного сопротивления.
Севернее, около Вильнюса дислоцировался 3-ий механизированный корпус генерала А.В.Куркина. Корпус располагал 109 танками Т-34 и КВ. 22 июня 5-ая танковая дивизия, входившая в состав этого корпуса, попыталась задержать продвижение 7-й танковой дивизии немцев в районе города Алитус. Т-34 вновь показали свое превосходство, и снова фашисты были вынуждены прибегнуть к помощи бомбардировочной авиации. Однако развить начальный успех не удалось, а запланированная контратака на Расейняй не состоялась из-за слишком быстрого продвижения немецких частей. 24 июня уцелевшая 2-ая танковая дивизия атаковала 100-ый мотопехотный полк 6-ой танковой дивизии немцев. Фашисты понесли тяжёлые потери, но завершить атаку танкисты не смогли - кончились боеприпасы и горючее. Танковые сражения продолжались весь следующий день и к 26 июня в 3-ем корпусе уцелело всего несколько танков.
В первые дни войны встречные танковые бои были редкостью и главным противником "тридцатьчетверок" оказались буксируемые противотанковые пушки противника калибра 37-мм. Эти орудия являлись штатным вооружением немецких противотанковых частей ("Panzerjaeger").

Боевые качества Т-34 оказались полной неожиданностью для немецких войск. Вот какое донесение направил командир батареи 37-мм противотанковых пушек 42-го батальона истребителей танков: "Совершенно неизвестный тип танков атаковал наши позиции. Мы немедленно открыли огонь, но наши снаряды не могли пробить броню танков и только с дистанции 100 метров огонь стал эффективнее". Другое донесение: "Шесть противотанковых орудий вели беглый огонь по Т-34. Но эти танки, словно доисторические чудовища, спокойно прошли сквозь наши позиции. Снаряды только заставляли броню танков звучать как барабан". После первых подобных боев немецкие солдаты мрачно окрестили 37-мм пушки "дверными молотками" и "армейскими хлопушками". Командиры заговорили о "танковом терроре красных". Советские офицеры с удовлетворением замечали, что одно только появление наших танков, особенно тяжелых KB, обращает вражескую пехоту в бегство. Стоит добавить, что командир одного из орудийных расчетов докладывал о том, что его орудие добилось 23-ех попаданий в один и тот же танк Т-34 и лишь когда снаряд угодил в основание башни, танк был выведен ит строя. Этот факт кроме достоинств боевой машины говорит и о более чем слабой подготовке экипажа, который не смог уничтожить орудие, успевшее 23 раза попасть в танк! Несмотря на то, что новые танки наводили ужас на фашистскую пехоту, советские танкисты были очень неопытны и не могли полностью использовать все боевые качества своих машин.
Из-за неопытности и острой нехватки боеприпасов, танкисты предпочитали давить немецкие пушки гусеницами. Немцы быстро научились использовать против Т-34 зенитные пушки калибра 88-мм и дивизионную артиллерию. Однако этих орудий было мало и их постоянно не хватало.
Большое количество танков Т-34 было сосредоточено на Украине: в 4-ом механизированном корпусе генерала А.А.Власова, дислоцированном около Львова, в 8-ом механизированном корпусе генерала Д.И.Рябышева, дислоцированной около Дубно и в 15-ом механизированном корпусе генерала И.И.Карпезо, который располагался около Житомира. Больше всего "тридцатьчетверок" и KB находилось в 4-ом корпусе. Кроме того, в этом соединении были и самые опытные танкисты. Но несмотря на свою мощь 4-ый корпус не смог задержать немецкие танковые колонны. 15-ый корпус, имевший в своем составе 131 танк Т-34 и KB, попытался атаковать на очень тяжёлой местности и в результате много машин было потеряно при переправах через реки и болота.
Первое танковое сражение на Украине произошло уже 22 июня 1941 года, когда 30 танков Т-34 из львовского учебного танкового полка атаковали фланг 15-го танкового полка 11-й танковой дивизии. Немцы потеряли три PzKpfw IV и два PzKpfw III. 10-ая танковая дивизия, входящая в состав 15-го механизированного корпуса генерала Карпезо, вела постоянные бои с частями 11-ой танковой дивизии. Первый крупный встречный танковый бой произошел ночью 23 июня южнее Радзехува. Два батальона PzKpfw III сильно потрепали танковую колонну 10-ой танковой дивизии, подбив 46 танков БТ-7. На выручку 10-ой дивизии подоспели части 32-й танковой дивизии, которые в свою очередь уничтожили несколько немецких машин. Начиная с 26 июня Красная Армия провела несколько массированных танковых атак, пытаясь остановить продвижение немецких войск к Киеву. В эти дни произошло одно из самых больших танковых сражений 1941 года. 8-ой механизированный корпус, остатки 15-го и 4-го корпусов вместе с 22-ым механизированным корпусом генерала Кондрушева нанесли удар на южном фланге 1-ой танковой группы (11-ая и 16-ая танковые дивизии) в районе Броды-Дубно.

Более слабые механизированные корпуса - 9-ый Рокоссовского, 19-ый Фекленко и 24-ый Чистякова, вооруженные танками Т-26 и БТ-7, атаковали вражескую пехоту на северном фланге.
Т-34 вновь продемонстрировали свое подавляющее преимущество над немецкими танками. Один из командиров PzKpfw III докладывал: "Лейтенант Штойп четырежды выстрелил по Т-34 снарядом PzGr 40 с дистанции 50 метров и один раз с 20 метров, но не смог подбить танк. Наш беглый огонь был неэффективен и советские танки приближались. Снаряды не пробивают броню, а раскалываются на части". Другой немецкий офицер из 4-го танкового батальона докладывал: "Снова и снова наши танки разваливались от прямых попаданий советских снарядов. Командирские башенки на PzKpfw III и PzKpfw IV отлетали в сторону - прочность их крепления оказалась явно недостаточной. Все это говорит о большой мощности и точности советских 76,2-мм орудий... Наступательный порыв иссяк, его заменило чувство собственной неполноценности, поскольку против русских танков мы бессильны". Хотя отличная выучка немецких танкистов частично компенсировала превосходство советских танков, фашисты были деморализованы, поскольку "... только попадание в навесной бензобак или в основание башни могут вывести русский танк из строя".
Несмотря на практически полное техническое преимущество, контратака Красной Армии в районе Броды-Дубно потерпела неудачу. Генерал-майор Моргунов, представитель ГАБТУ на Украине дал такую оценку произошедшим событиям: "Отсутствие машин технической помощи, нехватка запасных частей к Т-34 и KB были усугублены производственными дефектами и слабой подготовкой экипажей. Разведка противотанковой обороны противника оказалась недостаточной. Части постоянно атаковались с воздуха, во время марш-бросков, во время подготовки к атаке и во время самой атаки. Марш-броски в 800-900 км были проведены без какой-либо поддержки со стороны нашей авиации. Взаимодействие с артиллерией было неудовлетворительным. Лесистая и болотистая местность крайне неблагоприятна для танков. Противник оказывал упорное сопротивление. Постоянно ощущалась острая нехватка противотанковых боеприпасов для Т-34 и КВ. Всё это привело к огромным потерям и утрате большей части техники".
Немецкие части, восполнив потери, продолжили наступление на восток в направлении Киева. За время боев 16-ая танковая дивизия подбила 293 советских танков. Сражение в районе Броды-Дубно дорого обошлось и немцам - они потеряли больше танков, чем за все предыдущие сражения 1941 года. После этих боёв практически все крупные танковые части Красной Армии были рассеяны. 8-ой, 15-ый и 22-ой механизированные корпуса потеряли до 85-90 процентов танков. В 9-ом, 19-ом и 24-ом корпусах танков практически не осталось - эти соединения стали использовать в качестве пехотных. В корпусе генерала Власова оставалось около 400 танков, но сам корпус оказался рассечен на две части: 8-ая танковая дивизия была окружена к востоку от Каменки-Бугской, а 32-ая танковая дивизия отступила к Тернополю. Эта дивизия оказалась последним танковым соединением Красной Армии, в которой ещё находилось значительное количество новых танков, однако уже к середине июля от былой моши дивизии остались одна "тридцатьчетверка", пять БТ-7 и одиннадцать бронеавтомобилей БА-10.
В остальных сражениях лета 1941 года Красная Армия продолжала использовать Т-34, однако этих танков остались единицы и они наносили немцам скорее моральный, чем материальный урон.

Чтобы лучше понять, почему Т-34 так плохо показали себя в 1941 году стоит подробнее рассказать о судьбе одной из танковых частей - 32-ой танковой дивизии. Командовали дивизией 42-летний полковник Ефим Пушкин и комиссар Чепыга. 32-я танковая дивизия была сформирована в апреле 1941 года на базе 30-ой бригады легких танков. Е.Пушкин - участник гражданской войны, служил в танковых войсках с 1932 года. 30-ая бригада была значительно меньше дивизии, поэтому некомплект старшего и младшего офицерского состава составлял около 50 процентов. Положение усугублялось ещё и тем, что большая часть личного состава призывалась весной 1941 года и не имела никакой военной подготовки. Танки Т-34 стали прибывать в дивизию 25 апреля, а их доставка растянулась до 25 мая. В июне 1941 года в этой части находилось 173 танка Т-34 и 49 КВ-1, это была одна из самых сильных танковых дивизий Красной Армии (по штату танковая дивизия должна была состоять из 210 танков Т-34 и 63 KB, но ни в одной дивизии такого количества боевых машин не было). Некомплект танков и личного состава являлись не единственными недостатками 32-ой танковой дивизии. Дивизия была оснащена радиостанциями на 30 процентов, саперным и мостоукладочным оборудованием на 28 процентов, колёсными автомобилями на 22 процента, ремонтным оборудованием на 12 процентов, а запчастями - всего на 2 процента. Немногие из механиков-водителей имели более пяти часов опыта вождения танка, а многие экипажи даже ни разу не участвовали в учебных стрельбах.
Дивизия встретила войну в нескольких километрах к востоку от Львова. Первый бой она приняла 23 июня 1941 года в районе Каменки-Струмиловой, где уничтожила 18 танков и 5 противотанковых пушек противника, потеряв при этом 11 своих танков. Во время ночного сражения 24 июня танкисты дивизии подбили 16 немецких танков, потеряв при этом 15 машин. В течение двух последующих недель это соединение непрерывно участвовало в боях, а в сражении в районе
Броды-Дубно 32-я дивизия понесла небольшие потери, поскольку действовала главным образом против немецкой пехоты.
Командиры частей и соединений располагали очень скудными сведениями о противнике, и дивизия часто совершала многокилометровые марш-броски, пытаясь отразить атаки несуществующих парашютистов или танков противника. Эти марш-броски проходили в крайне тяжёлых условиях, район изобиловал реками и болотами, а дороги контролировала вражеская авиация. Из-за неопытности водителей танков случались частые поломки. В коротких перерывах между боями офицеры пытались хоть как-нибудь повысить готовность экипажей, обучая танкистов самым элементарным навыкам, таким как вождение танка и стрельба из пушки.
За первый месяц боев 32-ая танковая дивизия потеряла 37 из 43 танков КВ-1 и 146 "тридцатьчетверок" из 173. Потери личного состава - 103 человека убитыми и 259 ранеными. Половина танков выбыла из строя из-за технических поломок, отсутствия запасных частей и автомобилей технической помощи. Только 10 процентов из этих танков удалось отправить в ремонт В боях было потеряно 30 процентов танков и ещё 10 танков завязло в болотах. Дивизия уничтожила 113 танков и 96 противотанковых пушек противника. Однако это более чем скромный результат. Одна из лучших дивизий Красной Армии не оправдала возложенных на неё надежд. Огромные упущения в подготовке личного состава и в тактике, продемонстрированные танковыми частями Красной Армии, не позволили реализовать все сильные стороны танка Т-34 во время операции "Барбаросса".
Хотя в первые месяцы войны Т-34 не слишком хорошо показал себя, этот танк заставил немецких конструкторов резко ускорить разработки новых танков. Несмотря на то, что немцы ещё в 1940 убедились в том, что их танки уступают французским "Char-1bis", немецкое танкостроение находилось в состоянии застоя. Т-34 окончательно сбил спесь с немцев. Техническое превосходство Т-34 над PzKpfw III и PzKpfw IV привели к истерически м призывам скопировать "тридцатьчетверку". После испытания трофейных экземпляров инженеры убедились, что наладить серийный выпуск алюминиевых дизельных двигателей в Германии невозможно. Кроме того, признать, что "недочеловеки" славяне смогли создать совершенный танк, в "III Рейхе" не могли. Для создания собственной конструкции немецким конструкторам потребовалось целых два года. В результате "Пантера" появилась на поле боя только летом 1943 года, а до этого времени немцы вынуждены были ограничиваться последовательными модификациями уже существующих танков PzKpfw III и PzKpfw IV.

Комментариев нет: